News / Media / ЖУРНАЛ LGP NEWS 02/2020 / Телемедицина

Телемедицина

в правовом контексте

Телемедицина

В нашем цифровом обществе существует большая потребность в так называемых телемедицинских услугах. В целях обеспечения безопасности и правовой защиты всех участников, необходимы единые нормативы и рекомендации для оказания таких услуг.

Под «телемедициной» понимается предоставление медицинских услуг или поддержка при их оказании посредством информационных и коммуникационных технологий, при которых пациент и поставщик медицинских услуг физически находятся в разных местах. В частности, это включает в себя любую форму удаленного лечения – будь то консультации по телефону, видеоконференции или передача результатов через онлайн-платформу. Спектр применения широк и варьируется от телемониторинга (медицинский мониторинг состояния здоровья на расстоянии) до телетерапии, при которой поставщик медицинских услуг активно участвует в лечении пациентов на расстоянии; от телеконсилиума до телеконференций.

Формы лечения с использованием телемедицины становятся все более привлекательными, особенно во время пандемии COVID-19. Поскольку вряд ли кто-то захочет ожидать врача в переполненной приемной, многие пациенты заранее спрашивают, может ли лечение проходить дистанционно. С момента начала «локдауна» в марте прошлого года все больше врачей предлагают дистанционное лечение. Однако, чтобы обеспечить правовую определенность для всех участников, необходимо провести соответствующую техническую подготовку и выполнить многочисленные правовые предписания. К сожалению, не существует «закона о телемедицине», в котором бы были перечислены все требования. Вместо этого необходимо соблюдать требования множества законов, в зависимости от конкретной области применения. Например, сюда относятся Закон о врачах, Закон о больницах и санаториях, Общий регламент о защите персональных данных и Закон о телематике в сфере здравоохранения, которые следует исполнять если осуществляется регулярная электронная обработка данных о состоянии здоровья пациентов. При выборе платформ или провайдеров важно убедиться, что гарантируется зашифрованная передача данных – переписка, содержащая конфиденциальные данные о состоянии здоровья, ни в коем случае не должна осуществляться через "обычные" электронные письма.

С точки зрения Закона о врачах, при оценке допустимости телемедицинского лечения особое внимание следует уделять принципу непосредственности, предусмотренному в ст. 49 п. 2 Закона. И хотя современные теории придерживаются той точки зрения, что телемедицина совместима с принципом непосредственности, мне все же кажется, не следует это интерпретировать настолько широко, чтобы считать допустимым исключительно дистанционное лечение. Скорее следует рекомендовать определенный минимум «личного» контакта, чтобы хотя бы в некоторой мере обеспечить непосредственный контакт между врачом и пациентом. Это означает, что врач должен хотя бы один раз «физически» осмотреть пациента у себя в кабинете и уже дальнейшие процедуры проводить дистанционно, при условии, что они не потеряют в качестве. В этом контексте следует подчеркнуть, что в настоящее время (еще) отсутствуют эмпирические данные и рекомендации относительно того, с какого момента телемедицинское лечение – в плане гарантии качества – следует считать соответствующим современным стандартам лечения (lege artis). На сегодня оценка качества производится лечащим врачом, без возможности сослаться на соответствующие исследования или иные нормы. 

Одним из преимуществ телемедицины может стать и то, что так может быть собран обширный информационный материал, который – при наличии правовой основы и/или анонимизации данных – будет доступен для проведения широких медицинских исследований. Такие страны, как Дания, Эстония или Швеция уже намного опередили Австрию, что, вероятно, связано с менее строгим пониманием принципа защиты данных в этих странах. 

Подводя итог, можно отметить, что телемедицина будет важным компонентом оказания комплексной медицинской помощи в будущем. Для обеспечения безопасности и правовой защиты важно предоставить всем участникам процесса единые нормативы и рекомендации для правильного исполнения. В частности, наличие европейского сертификата для поставщиков услуг, платформ и приложений упростило бы процесс выбора. Кроме того, унифицированные информационные материалы – как для врачей, так и для пациентов – могли бы обеспечить соблюдение стандартов и гарантировать правовую определенность.

Aвтор:

Маг. КАТАРИНА РАБЕ-СТУППНИГ, адвокат и управляющий партнер в LANSKY, GANZGER + partner

МОИ ДОКУМЕНТЫ

Add page

В настоящее время Ваша корзина пуста.